Точное соответствие
Искать в заголовках
Искать в содержании
Search in comments
Search in excerpt
Искать в новостях и журналах
Искать на страницах
Search in groups
Search in users
Search in forums
Filter by Custom Post Type
Filter by Categories
Журналы
Новости
pivnoe-delo_logo

Top-статьи

Журналы

3-2017

10+1 тенденций пивного рынка России 2015-2017

Несмотря на умеренно негативные прогнозы 2017 года, рынок пива вскоре может стабилизироваться. Но годы отрицательной динамики привели к тому, что маркетинг все чаще сводится к «оптимизации» и искусству балансирования между ценой и объемами. Увеличение веса супермаркетов означает усиление роли трейд-маркетинга. С этими процессами и связаны большинство описанных тенденций. В то же время инфляция федеральных брендов ведет к поиску вкусов, каналов продаж и форматов контакта, которые вносят реальное разнообразие и усложняют рынок пива, но уже не подразумевают существенного прироста объемов. Перечислим и далее рассмотрим подробно десять тенденций пивного рынка, которые видны на отрезке 2015-2017 гг., а также главное событие 2017 года.

Рынок пива Украины 2017

В первой половине 2017 года украинский рынок пива продолжает медленно сокращаться. Впрочем, компаниям уже удается компенсировать выпавшие натуральные объемы за счет роста цен и улучшения структуры продаж. При этом сокращается среднеценовой сегмент рынка, но растут продажи премиальных брендов. Эти процессы связаны с укреплением позиций компаний Carlsberg Group и Oasis и сокращением доли рынка «Оболони». Большинство новинок лидеров рынка относятся к категориям крафтового пива и hard lemon.

z_ban_web2-4

Россия. «Чистая прибыль агробизнеса сопоставима с прибылью банка «Авангард»

Интервью с владельцем банка «Авангард», компаний «Русский солод» и «Авангард-Агро» Кириллом Миноваловым
Компания «Русский солод», созданная Кириллом Миноваловым в 2001 году, сейчас переживает не самые простые времена: потребление солода в России снижается по причине стагнации пивного рынка, кроме того, почти у всех пивоваров уже есть собственные солодовни, и теперь им нужен не солод, а качественный пивоваренный ячмень. Остатки на складах «Русского солода» на данный момент — порядка 200 тыс. т, солодовни недозагружены, ввод нового завода в Курской области откладывается на год. На этом фоне аграрный бизнес г-на Миновалова «Авангард-Агро», изначально задуманный им как вспомогательный для «Русского солода», выходит на первый план. Бизнесмен признает, что теперь основной заработок приходится на ячмень, а не на солод, и добавляет, что ему все равно, на чем зарабатывать. О ценах на ячмень и солод, объединении «Русского солода» и «Авангард-Агро», а также переговорах с «Балтикой» КИРИЛЛ МИНОВАЛОВ рассказал в интервью корреспондентам РБК daily НАДЕЖДЕ АГЕЕВОЙ и АЛЕКСЕЮ КУЗЬМЕНКО.
— Что из себя представляет сейчас бизнес компании «Русский солод»?
— На сегодняшний день у нас три завода производственной мощностью 128 тыс. т солода в год каждый. Все заводы имеют элеваторы комбинированного хранения ячменя и солода общей мощностью 250 тыс. т. К настоящему времени производственные активы практически полностью окупили себя.
Сейчас мы также ведем строительство четвертого завода в Курской области мощностью 128 тыс. т солода в год и мощностью элеваторного хранения 100 тыс. т. Общий объем инвестиций в реализацию четвертого завода с поправкой на кризис составил 1,6 млрд руб., хотя первоначально планировалось вложить около 2 млрд руб. Строительство завода в прошлом году было заморожено, но сейчас мы его возобновили и планируем запустить солодовню в 2010 году. Элеватор уже построен, и в этом сезоне он примет зерно нового урожая. Таким образом, суммарная мощность российских заводов «Русского солода» превысит 500 тыс. т солода в год.
Кроме этого, у нас есть солодовенный бизнес в Германии, который объединяет четыре завода. Несколько лет назад мы приобрели там три завода, а затем построили четвертый. Суммарная мощность этих заводов составляет 340 тыс. т солода в год.
— Где вы покупаете сырье для солодовен?
— У нас есть собственный агропроект, который реализуется компанией «Авангард-Агро». За счет этого наши отечественные солодовенные заводы полностью обеспечены ячменем. В Германии собственного агропроекта нет, и ячмень закупается на месте.
В прошлом году мы поставили в Германию из России 20 тыс. т пивоваренного ячменя, и если бы не запретительный барьер, который ввел Евросоюз в сентябре 2008 года, то и в этом году мы могли бы экспортировать еще несколько десятков тысяч тонн. Пять лет назад об этом никто не мог и мечтать. Все считали, что на нашей земле — в «зоне рискованного земледелия» — просто невозможно вырастить пивоваренный ячмень хорошего качества и в достаточных количествах.
— А сколько у вас земли?
— Земельный банк «Авангард-Агро» насчитывает 160 тыс. га, половина из которых выкуплена, остальное — в долгосрочной аренде. Мы работаем в Воронежской, Курской и Орловской областях, есть земли в Белгородской и Липецкой областях.
— Планируете увеличивать свой земельный банк?
— Планируем прибавлять по 15—20% в год, на ближайший год это 30—40 тыс. га. С такими темпами мы реально сможем обеспечить высокую культуру земледелия.
— Выращиваете только ячмень?
— До сегодняшнего дня это была наша основная культура. В 2008 году пивоваренным ячменем было засеяно 83 тыс. га, и мы собрали 430 тыс. т ячменя. Этого хватило, чтобы полностью обеспечить три наших завода, экспортировать в Германию и часть продать в России на открытом рынке. Кстати, из этих 430 тыс. т нам не удалось сохранить лишь менее 2%. Средняя урожайность по прошлому году составила 53 центнера с гектара. В этом году мы вновь засеяли ячменем более 80 тыс. га, но урожайность, я думаю, будет несколько ниже.
— Но ранее вы говорили, что хотите найти еще две зерновые культуры. Это будут сахарная свекла и пшеница?
— Казалось бы, оптимальный вариант — использовать треть наших площадей под ячмень и по трети отдать под другие культуры, но 50—60 тыс. га под свеклу — это перебор. Поэтому мы продолжаем изучать возможности выращивания других культур. Этот вопрос в стадии решения. Но на ближайший год структура севооборота определена: из 160 тыс. га земли 80 тыс. га будет отведено под ячмень, 40 тыс. га — под пшеницу, 5 тыс. га — под свеклу, а остальное — под гречиху, горчицу и пары. Фактически до сегодняшнего дня более 90% выручки приходилось на пивоваренный ячмень. В 2010 году мы планируем уже не менее 50% выручки получить за счет других культур.
— А что сейчас происходит с ценами на ячмень на российском рынке? Как они меняются?
— На моих глазах цена на ячмень была и 4 тыс. руб. за тонну, и 12 тыс. руб., сейчас она составляет 2,5—3 тыс. руб. Раньше за счет того, что пивоваренный ячмень импортировался в Россию и его не хватало для солодовенных предприятий, на внутреннем рынке всегда существовала премия к мировой цене. К примеру, когда цена на ячмень на российском рынке подскочила до 12 тыс. руб., мировая цена достигала 350 евро за тонну, и фактически это была мировая цена плюс импортная пошлина и премия за доставку.
На сегодняшний день сложилась обратная ситуация, и, очевидно, она сложилась надолго, если не навсегда. Поскольку Россия способна производить ячменя значительно больше, чем сама потребляет, то внутреннюю цену надо определять как мировую цену за минусом всех экспортных расходов. На сегодняшний день существуют не только ограничения на экспорт из России зерновых культур, но есть еще и логистические барьеры. При экспорте пивоваренного ячменя из Черноземья затраты на логистику достигают 50 евро за тонну. При этом мировая цена тоже подвержена колебаниям, и в этом году она достаточная низкая — 135 евро за тонну. В итоге получается, что цена на внутреннем рынке по определению не может быть больше 80 евро за тонну, а это те же 3—3,5 тыс. руб.
— Почему вы считаете, что ситуация не изменится и цены не начнут расти?
— Для того чтобы ситуация изменилась, нужно в течение двух лет подряд терять до 40—50% урожая, как это было в 2006 и 2007 годах. Если в 2006 году дождливая погода погубила до 30% пивоваренного ячменя, то в 2007 году потери составили 40%. В итоге переходящие остатки 2007 года в России были такие низкие, что это вызвало необходимость импорта значительного объема пивоваренного ячменя. К тому же в 2007 году случился неурожай ячменя в Европе и Австралии, это привело к резкому скачку мировых цен. В итоге российские цены подскочили до 12 тыс. руб. за тонну. На этом фоне агрохолдинги решили, что ячмень — та культура, на которой можно зарабатывать большие деньги. Но я хотел бы сказать, что такое «чудо» бывает раз в 20 лет. После двух неурожайных лет в 2008 году собрали рекордный урожай пивоваренного ячменя, и его цена упала с 12 тыс. руб. до 2,5 тыс. руб. за тонну. Если «чуда» не произойдет, цена на пивоваренный ячмень будет определяться по формуле «мировая цена минус расходы на логистику». Кстати, стоимость пшеницы определяется таким же образом.
Сейчас в России существует колоссальный переходящий остаток ячменя, который даже при одном неурожайном годе не позволит подняться внутренним ценам выше 3,5 тыс. руб. за тонну. К примеру, только у нас на складах лежит более 200 тыс. т солода. Для российского рынка это огромный объем. К тому же с прошлого сезона у нас остался ячмень, который будет перерабатываться еще несколько месяцев.
— А какова себестоимость производства ячменя?
— Себестоимость у всех разная. У «Авангард-Агро» на гектар она на 25—30% ниже, чем в среднем по России, а урожайность — на 30% выше. В итоге наша себестоимость в 1,5 раза ниже средней. Прямых денежных расходов на гектар пивоваренного ячменя — 5,1 тыс. руб. Из них 1,2 тыс. руб. — удобрения, 1,2 тыс. руб. — средства защиты растений, 1,2 тыс. руб. — зарплата производственного персонала, 0,9 тыс. руб. — ГСМ, 0,6 тыс. руб. — семена (их мы производим сами, другим они обходятся гораздо дороже). Кроме этого, есть затраты, которые мы не разносим на культуру: 2 тыс. руб. — зарплата остального персонала и запчасти и еще столько же — амортизация. Итого себестоимость, включая проценты по кредиту и за вычетом государственных субсидий, составляет примерно 7,7 тыс. руб.
Средняя урожайность у нас редко бывает ниже 40 центнеров с гектара. Полная себестоимость составит порядка 1,6 тыс. руб. за тонну ячменя в хороший год и 2,1 тыс. руб. за тонну в плохой. Соответственно, прямые издержки в плохой год — 1,15 тыс. руб., в хороший — меньше 1 тыс. руб. на тонну.
Почему важны обе эти цифры? Если решать вопрос о том, что лучше — вообще ничего не сеять и не производить или все-таки выращивать, чтобы компенсировать хотя бы прямые издержки, будет выбран, конечно, второй вариант. Но важно понимать, где дно. Если пивоваренный ячмень будет стоить меньше 1,2 тыс. руб., мы, конечно, не будем его сеять. Но если цена будет больше 2 тыс. руб. за тонну — это полностью покроет нам его себестоимость.
— А какова средняя себестоимость по стране?
— Средняя себестоимость по стране составляет от 3 тыс. до 4 тыс. руб. за тонну в хороший год.
— Получается, что все остальные производители работают в минус?
— К сожалению, да. Хочу отметить, что заниматься пшеницей выгоднее. Хотя себестоимость производства пшеницы на 1 тыс. руб. на гектар выше ячменя, но ее урожайность на 15% больше. И цены на пшеницу стабильны — от 4 тыс. руб. за тонну до 6 тыс. руб. за тонну и не прыгают, как цены на пивоваренный ячмень. Я тоже занимаюсь пшеницей, потому что на ней можно зарабатывать гарантированно.
— Сколько Россия производит и потребляет пивоваренного ячменя?
— Точного объема производства не знает никто, но, по примерным оценкам, в текущем году это более 3 млн т. В этом году потребление составит порядка 1,5 млн т. Причины две: в России идет снижение производства пива и пивовары начинают все больше использовать несоложенное сырье.
— А сколько экспортируется пивоваренного ячменя?
— Если не считать СНГ, то экспорта российского ячменя в глобальном масштабе не существует, потому что наше качество исторически не устраивало никого и никогда. Сейчас пивоваренный ячмень, кроме «Русского солода», никто не экспортирует. В перспективе Россия, может, и станет крупным экспортером ячменя, но поставлять пивоваренный ячмень за рубеж смогут только те, кто полностью соблюдает агротехнологии и сохраняет чистоту сорта.
— А куда экспортировать, если Евросоюз вводит фактически запретительные меры на российский ячмень?
— Потенциально потреблять российский ячмень могут, к примеру, Китай, страны Восточной Азии, Африки. Другой вопрос, что они пока не верят российскому качеству.
— Кроме вас из крупных игроков кто-то еще ячмень производит? Или все остальное производят небольшие фермы?
— Некоторые пивоваренные компании заявляют о своих агрохолдингах, но так профессионально, как «Авангард-Агро», никто ячменем не занимается. Так же как мы засеваем сахарной свеклой 5 тыс. га из 160 тыс. га, так и у других агрохолдингов 10—15% площадей отводится под пивоваренный ячмень. У них это одна из дополнительных культур на случай, если рынок вырастет.
Я же не планировал заниматься ячменем, но столкнулся с тем, что заводы есть, а сырье приходится импортировать. Первая моя попытка была пойти по пути, по которому сейчас идут пивовары — «Балтика», InBev и другие компании, — поддерживать независимых фермеров: оплачивать средства защиты растений, удобрения, давать им деньги на семена, на зарплату, на топливо. Дело благое, но так на больших объемах никогда не получишь высокой чистоты сорта, не соберешь от 40 до 53 центнеров с гектара, да еще и при полной себестоимости 8 тыс. руб. на гектар.
— Что можно сделать с избытками пивоваренного ячменя?
— Только на фураж. Фураж — нормальная экспортная культура, только он стоит не 135 евро за тонну, а 105—107 евро. Поэтому иллюзию, которая сложилась у фермеров в течение последних четырех лет, что на ячмене можно зарабатывать больше, чем на других культурах, мне бы хотелось развеять.
У пивоваренного ячменя очень ограниченный рынок сбыта, кроме того, твою продукцию должны знать, и у тебя должны быть структурированные отношения с потребителями. На мой взгляд, на этом рынке останутся лишь несколько крупных игроков, мы будет крупнейшими, как это уже произошло с «Русским солодом». Но никому и не нужно, чтобы были сотни фермеров, каждый из которых, не соблюдая чистоты сорта, агротехнологии, сеет что-то свое. Есть пшеница, есть рапс, свекла и другие культуры, на которых можно гарантированно зарабатывать. На пивоваренном ячмене в ближайшем будущем заработка не предвидится.
— Другие солодовни, тех же пивоваров, работают на том ячмене, который производят агрохозяйства? Или они тоже импортируют?
— В прошлом году, учитывая два подряд неурожайных года в России, многие ячмень импортировали. И мы тоже импортировали часть ячменя. В этом году все работают на российском ячмене. Мы поставляем ячмень на крупнейшие пивоваренные заводы, например, у нас контракт с компанией Efes. Ведутся переговоры и с другими пивоварами.
— В России уже у всех пивоваров есть солодовни?
— Почти у всех крупных. Нестабильные цены на солод в предыдущие годы были связаны с колебанием цены на рынке ячменя, а не с тем, что не хватало солодовен. Но многие пивовары неправильно поняли причину, они решили, что причина в дефиците солодовенных мощностей, и подстраховались, увеличили собственные солодовенные мощности. Но это не решает фундаментального вопроса по сырью. За них этот вопрос решили мы. Своим агропроектом мы настолько существенно увеличили объем производимого пивоваренного ячменя, что на сегодняшний день пивовары могут себя чувствовать вполне уверенно. У них достаточно солодовенных мощностей, чтобы себя обеспечить, а у солодовен достаточно сырья.
— Если вы будете поставлять им ячмень и они будут сами себя обеспечивать солодом, то ваши солодовни на кого будут работать?
— Наши три завода, по сути, полностью окупились, и на сегодняшний день один из заводов работает лишь на 20% своей мощности. Меня устраивает зарабатывать на ячмене и не зарабатывать на солоде. Загрузка заводов на 100% — не наша самоцель.
— А какой завод работает с такой нагрузкой?
— Подмосковный. На остальных средняя загрузка с начала этого года составляет 85%.
— Как складывается ценовая ситуация на рынке солода?
— На сегодняшний день колебания цен, которые сложились на солод, впечатляют и солодовщиков, и пивоваров. Сейчас «Русский солод» продает солод по цене, которая кажется просто неадекватной, многие думают, что мы продаем в убыток. Цена по промоакции — 6,9 тыс. руб. за тонну, при том что еще год назад цена была 22 тыс. руб. И исторически никогда цены ниже 8 тыс. руб. за тонну не было. Даже пять лет назад, когда мировая цена на ячмень была ниже, чем сейчас.
— Так какие сейчас рыночные цены?
— Никто меньше 9 тыс. руб. за тонну не продает. Потому что себестоимость производства наших конкурентов не меньше 8 тыс. руб. за тонну.
На заводах «Русского солода» низкая себестоимость передела ячменя в солод. Прямые денежные расходы на тонну производства солода не превышают 1 тыс. руб. на тонну, а полная себестоимость солода с учетом собственного ячменя — 4,7 тыс. руб. за тонну. Если цена солода будет ниже 4,7 тыс. руб., то я буду продолжать работать в ноль, продавая солод, и при этом компенсирую амортизацию оборудования. Поэтому продажу по цене 6,9 тыс. руб. я считаю для себя выгодной сделкой.
— Когда вы продавали солод по 22 тыс. руб. за тонну, затраты были такие же, как вы сейчас рассчитали?
— Конечно, нет. Тогда мы покупали импортный ячмень, который обходился в 14 тыс. руб. за тонну, а коэффициент переработки ячменя в солод — 1,25 плюс затраты. К тому же тогда мы засеяли не 80 тыс. га, а 50 тыс. га земли, а наша урожайность составила тогда менее 40 центнеров с гектара. Поэтому себестоимость, безусловно, была другая.
— Вы говорите, что продаете по самым низким ценам солод и ячмень. В то же время в мае ФАС на основании заявления «Балтики» возбудила дело против «Русского солода» по поводу высоких цен в прошлом году. Что это за дело? Почему была такая реакция и каково сейчас состояние дела?
— Контракт с «Балтикой» был заключен сроком на 2008 год и первое полугодие 2009 года. В прошлом году, когда цены начали падать с 22 тыс. руб. за тонну до 16 тыс. руб., а затем и до 11 тыс. руб., «Балтика» решила уйти от исполнения контракта. Мы подали иск с требованием выполнить контракт либо оплатить штрафные санкции. По нашему мнению, это лишь попытка затянуть рассмотрение нашего к ним иска.
— На какие объемы были заключены ваши контракты с «Балтикой»? Какие цены в контракте были зафиксированы?
— По контракту, заключенному в 2007 году, цена для «Балтики» на 2008 год и первую половину 2009 года была установлена на уровне 17,9 тыс. руб. за тонну. В рамках сегодняшних цен это, конечно, много. Когда цена на ячмень в прошлом году с 12 тыс. руб. в апреле упала до 3 тыс. руб. в сентябре, стало понятно, что обвалится и цена на солод. Осенью «Балтика» перестала выбирать объемы. Невыбранный объем составил порядка 140 тыс. т. Они отказались потому, что нашли, где купить дешевле. К тому же в сентябре снизился объем потребления пива, и компания поняла, что ее потребности в сырье сильно снизились. Так что совпало два фактора.
У нас таких проблемных контрагентов всего два: компания «Оболонь» на Украине и «Балтика» в России. Все остальные четко выполняют свои обязательства — и Heineken, и Efes, и другие компании. Это бизнес-этика. Причем в Германии у нас нет таких контрагентов, которые бы не выполняли свои обязательства по контракту, хотя там цена тоже упала с 630 до 270 евро за тонну солода.
Когда был очень неурожайный 2007 год, мы понимали, что придется импортировать ячмень по 14 тыс. руб. за тонну, но продолжали отгружать «Балтике» солод по 11 тыс. руб. за тонну. Мы работали в убыток, закрывая контракт. Мы это делали, поскольку к взаимоотношениям с партнерами подходим стратегически.
— А вам не выгоднее пойти на уступки, если у вас такая низкая себестоимость, и продать «Балтике», допустим, по 7 тыс. руб. эти же объемы, при этом вы избавитесь от излишков?
— По действующим искам не хочется забегать вперед, но обе стороны заинтересованы в решении этого вопроса, и я думаю, что мы договоримся. К тому же мы ведем переговоры и по текущей деятельности, и здесь никакого противоречия нет. Если им выгодно покупать, а нам выгодно продавать, то почему нет? Суд судом, а бизнес бизнесом. Ничего личного.
— А переговоры ведутся по солоду или по ячменю?
— И «Балтику», и других пивоваров на сегодняшний день больше интересуют наши возможности по производству пивоваренного ячменя.
— А сейчас вы работаете со всеми пивоварами в России?
— Практически да. Только InBev закрывает самостоятельно свои потребности в солоде. Они реализуют свою программу по выращиванию ячменя в рамках сотрудничества с независимыми фермерами.
На сегодняшний день мы приняли решение полностью обеспечить себя пивоваренным ячменем и по возможности закрыть часть потребностей других солодовенных заводов и пивоваров. Кроме того, часть продукции будет отправляться на экспорт. Из нетто-покупателя мы превращаемся в нетто-продавца ячменя. Наша коммерческая служба, которая занималась закупкой ячменя и знакома со всеми производителями и поставщиками, сейчас фактически занимается продажей ячменя. Это другая стратегия. На первый план уже выходит группа «Авангард-Агро».
— Из того, что вы рассказывали, видна тенденция переориентации на ячмень.
— Да, акцент переносится на ячмень. Даже при текущих рыночных ценах наша рентабельность на ячмене составляет 20—30%. На солоде мы имеем те же 20—30%, но это за счет нашего дешевого ячменя. У нас низкая себестоимость процесса переработки, но, к сожалению, в стоимости солода цена на ячмень — определяющий фактор. Поэтому сейчас наш основной заработок — ячмень, а солодовни — лишь возможность утилизировать собственный продукт. В течение трех лет мы планируем объединить «Русский солод» и «Авангард-Агро», создав солодовенное подразделение при «Авангард-Агро».
— А солод можно экспортировать?
— Можно. Из России мы пока экспортируем лишь в страны ближнего зарубежья. Из Германии мы экспортируем более 100 тыс. т солода в страны Азии, Африки и Южной Америки. Качество нашего российского солода ничем не отличается от солода, произведенного в Германии, но здесь имеется явный логистический барьер. На наших немецких заводах логистические расходы при экспорте солода составляют менее 10 евро за тонну, в России же эти расходы в 5 раз выше. Так, прямые производственные издержки в Германии составляют 55 евро на тонну солода, а с учетом амортизации — 70 евро на тонну. В России же прямые издержки — 20 евро на тонну, а с учетом амортизации — 40 евро на тонну. Но эту разницу между 40 и 70 евро полностью перекрывает плата за логистику.
— А в Германии солодовни загружены лучше, чем в России?
— Три из четырех солодовен загружены на 100%. Четвертая, построенная с нуля в городе Кобленц, была запущена в январе 2009 года и сейчас загружена на 40%. Вложения составили около 39 млн евро, производственная мощность этой солодовни — 85 тыс. т солода в год, и хранение — 35 тыс. т.
— Агросектор в Германии не планируете развивать?
— В Германии смысла заниматься агробизнесом нет. Подписал контракт с пивоваром, фермером, агрохолдингом, и ты уверен, что все стороны выполнят свои обязательства вне зависимости от обстоятельств. В России выгоднее самому контролировать всю цепочку: самому сеять, самому платить зарплату людям, самому владеть землей. Только так можно добиться чистоты сорта, низкой себестоимости, высокого стабильного урожая на больших объемах. Другие инструменты не позволяют защитить себя на долгосрочную перспективу. В Германии же очень цивилизованный агросектор. Наши контракты на ячмень в прошлом году были по 160 евро, при том что рыночная цена составляла 350 евро за тонну, и нам отгрузили все. Немцы и французы — наши основные поставщики. Сейчас у нас есть контракты по 340 евро за тонну ячменя, хотя рыночная цена на него сейчас 135—140 евро, и мы оплачиваем этот ячмень, выполняем контракты.
— Какие финансовые показатели у «Авангард-Агро»?
— Чистая прибыль «Авангард-Агро» за прошлый год составила более 900 млн руб., выручка — около 2 млрд руб. То есть чистая прибыль агробизнеса сопоставима с прибылью банка «Авангард».
— А на 2009 год какой план?
— Пока из-за неопределенности цен не знаю, как сложится. Но повторить результат прошлого года мы не сможем, все-таки цены на ячмень будут ниже. Но, думаю, получим чистую прибыль в размере 700 млн руб.
— Какова чистая прибыль «Русского солода»?
— В прошлом году прибыль «Русского солода» превысила показатель «Авангард-Агро». Но это было в прошлом году. Сейчас, можно сказать, наступила другая эра. И возврата к прежним цифрам уже не будет.
— А какие финансовые показатели у вашего немецкого бизнеса?
— Оборот — 130 млн евро. Прибыль показали символическую, но это вопрос налогообложения — в Германии очень высокая налоговая ставка.
— Все бизнесы развиваются за счет кредитов банка «Авангард» или вы еще привлекаете какие-то инвестиции?
— Стартап осуществлялся только за счет банка «Авангард». На сегодняшний день, когда бизнес налажен, есть возможность привлекать западное финансирование. Например, «Русский солод» кредитуется в Credit Suisse, Standard Bank. Мы привлекаем деньги достаточно дешево — пятилетние кредиты в западных банках обходятся по ставке 6—7% годовых. Но, как правило, внешние займы составляют не более 50—60% от общего кредитного портфеля, существенная часть фондируется «Авангардом».
— Вам поступали предложения о покупке солодовен?
— Нет. А если их продать, что я буду делать со своим пивоваренным ячменем?
— Продавать.
— Нет, мне интереснее переработать ячмень и продать солод.
Компания «Русский солод» создана президентом банка «Авангард» Кириллом Миноваловым в 2001 году, объединяет три солодовенных завода в России (в Московской, Воронежской и Орловской областях) производственной мощностью 128 тыс. т каждый и ведет строительство солодовни аналогичной мощности в Курске. Элеваторы при действующих заводах в совокупности рассчитаны на хранение порядка 250 тыс. т солода и ячменя, мощность курского элеватора составит 100 тыс. т. Кроме того, у компании есть солодовенный бизнес в Германии — это четыре завода суммарной производственной мощностью 340 тыс. т в год. Российские солодовни обеспечены собственным ячменем, который выращивает компания «Авангард-Агро». В ее активе 160 тыс. га земли, из которых порядка 70 тыс. га выкуплены или в процессе оформления собственности.
Кирилл Миновалов родился 22 апреля 1971 года в Москве. Закончил Московский институт инженеров железнодорожного транспорта (МИИТ) по специальности «инженер-системотехник ЭВМ» и Институт высших управленческих кадров Академии народного хозяйства при правительстве РФ по программе «Банковское дело». С 1991 по 1994 год возглавлял созданную им консалтинговую фирму «Алькор». В 1994 году основал и возглавил банк «Авангард».
РБК daily

5 Авг. 2009

 

Россия. «Чистая прибыль агробизнеса сопоставима с прибылью банка «Авангард»

">

Реклама

Фильтр для пива

Beviale Moscow

kegi_pilsena

gea

jg

agroinkom_beer

marketing1

Темы статей

Счетчики



Для пресс-службы